я убит наповал голосами и взглядами.
но не будьте такими вы гадами,
с лёгким сердцем ведущих торги.
вам по нраву, чёрт подери!
чтоб простили бродягу-варавву
а Тому вы кричите: распни!
но поймите, что Он не виновен.
я-то знаю, Он предан мною...
я не знаю, что со мной случилось.
я не помню, как так получилось.
нет страшнее того греха,
но поверьте, что мне не до смеха.
хоть, не слышал я крик петуха.
но я помню Его укор.
тихий средь них разговор,
что один из нас диавол.
это я?
это я...
это я!
Комментарий автора: ..и говорил Ему каждый из них, не я ли?
Георгий Тюрин,
Магнитогорск. Россия
Я облако, что ветер рвёт на части. Ещё пока я здесь, но лишь отчасти. В чём наше счастье? Надеяться, терпеть и верить. Ну, а любовь? Она же как награда. Так надо постараться и успеть. Ту песню, что Господь нам дал, её бы до конца пропеть... e-mail автора:tuorin@mail.ru сайт автора:личная страница
Прочитано 8790 раз. Голосов 2. Средняя оценка: 3
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Динамика стиха хороша, но форма требует доработки Комментарий автора: Спасибо за отзыв, Светлана. Я, наверное, Вас понял... Но мое мнение (можно?)- я как раз для динамики и оставил все шероховатости: тройная рифма, сбивающая ритм (как в минорном блюзе)и тройная кода из одного слова, где смысл в пунктуации... Все это интуитивно говорит о смысле стиха - о "разрыве" души, приводящего к суициду. Все это неудобоворимо, я понимаю, но если оставить как "эксперимент" над словом и чувством...
2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
